Больной это паразит общества

Философия жизни Ф. Ницше и ее историческое значение

Больной это паразит общества

Течение, именуемое «философия жизни», — достаточно неоднородное явление. Его представителей, которые порой далеки друг от друга по своему мировоззрению, объединяет интерес к феномену жизни, понимаемому не столько в биологическом, сколько в философском, метафизическом смысле.

«Я могу быть для других людей учителем!» – заявляет немецкий философ Фридрих Ницше. Что касается «людей» – это еще вопрос. Но для нравственных уродов, вроде Адольфа Гитлера, Ницше действительно явился любимым философским учителем. Спрашивают: почему идеологи немецкого фашизма уважали именно Ницше, а не Лейбница, Канта или Гегеля? Почитаем некоторые строки из его произведений.

– «Что хорошо? – Все, что повышает в человеке чувство власти, волю к власти, саму власть…

Что есть счастье? – Чувство растущей власти…»

– «Кто должен быть творцом в добре и зле, поистине тот должен быть сперва разрушителем, разбивающим ценности».

– «Бог умер!»

– «Падающего – толкни!»

– «Человек погиб, раз он сделался альтруистом…»

– «Что вреднее всякого порока? – Деятельное сострадание ко всем неудачникам и слабым».

– «Больной – паразит общества. Наступает момент, когда жить дальше становится неприличным».

– «Когда идешь к женщине – бери с собой плетку».

– Христианская церковь «есть высшее из всех мыслимых извращений… она обесценила всякую ценность, из всякой истины она сделала ложь…»

– «Когда-то вы были обезьянами, и даже теперь человек больше обезьяна, чем иная из обезьян».

Достаточно. Наверное, ответ на поставленный вопрос понятен каждому. Тем не менее назвать Ницше фашистом, нацистом или человеконенавистником однозначно нельзя. Он – более неоднозначное явление в философии XIX в. Его учение – клубок противоречий, с чем он сам охотно соглашался.

В творчестве Ницше выделяют три периода.

Первый (1871 — 1876) — время увлечения идеями А. Шопенгауэра и Р. Вагнера. Здесь его волнуют преимущественно философско-эстетические проблемы.

Второй (1878—1882) — переоценка ценностей и отказ от прежних предпочтений.

И третий(1883—1889) — время создания основных оригинальных произведений: «Так говорил Заратустра», «По ту сторону добра и зла», «К генеалогии морали», «Аптихристиапип».

В своих работах Ницше, в сущности, развивает всего три основные идеи:

«воля к власти» (онтология),

«сверхчеловек» (антропология) и

нигилизм(общество и культура).

Рассмотрим их.

Центральное понятие Шопенгауэра «воля к жизни» Ницше трансформирует в «волю к власти». Она у него понимается как универсальная сила, присущая всему бытию, в том числе и человеку. Вся жизнь, по его мнению, стремится к власти, т.е. доминированию и самоутверждению. Определенное влияние па ницшеанское учение о воле оказали идеи Ч. Дарвина — «о борьбе за существование» и «естественном отборе».

Хотя немецкий философ не во всем соглашался с Дарвииом (отрицал прогрессивную эволюцию видов). Мир — вечное изменение, становление и круговорот (возвращение). Не осознав идеи развития, Ницше вынужден реанимировать древнюю греческую идею круговорота.

Многие понятия, в том числе «жизнь» и «воля к власти», Ницше воспринимает как многозначные символы, противопоставляя их однозначно определенным

понятиям рациональной философии.

Важное место в творчестве Ницше занимает идея «сверхчеловека », которую он развивает устами древнего иранского пророка Заратустры («Так говорил Заратустра»). Ницше уловил древнюю эзотерическую мысль о развитии земного тщедушного человека в высшее духовное существо.

Но в его сознании эта глубокая идея исказилась, как в кривом зеркале. Совершенный богочеловек ему представился в образе сильной, властной, но аморальной (читай — бесчеловечной) «белокурой бестии».

Что отличает ее от других? Развитая воля к власти, способность покорять и повелевать, индивидуализм и свобода от всех моральных предписаний, делающих человека, как полагал Ницше, слабым.

Сверхчеловек должен освободить в себе задавленные инстинкты. К чему это приведет? — спросите вы. К тому, что человек превращается в человека-зверя, весьма непохожего па богочеловека.

Действительно, сверхчеловек, в понимании Ницше, — это тот, кто «падающего — толкнет». Он признает только одно право — право сильного. Среди себе подобных он благороден, уважителен и уважаем. Но к тем, кто ниже, т.е. слабее его, оп относится иначе. Такие недостойны его любви и сострадания.

Справедливости ради надо сказать, что иногда Ницше приписывает своему «сверхчеловеку» и более привлекательные качества. Например, оп говорит, что «сверхчеловек» стремится к духовному обновлению, развитию своей индивидуальности, свободной воли, а не к рабскому послушанию. Его отличает величие духа, высота устремлений и даже совесть. Таких людей еще нет.

Более того, говорит философ, «озверевшие германцы», с их неизменной тягой к войне и убийствам, вовсе не те «белокурые бестии», о которых оп мечтает. Идея «сверхчеловека» у Ницше не связана с германской нацией. Она у пего интернациональна. Здесь его убеждения сильно отличаются от идеалов «озверевших германцев » со свастиками па рукавах.

Тем более что он видел необходимость сотрудничества и даже сближения немецкой и русской наций.

Ницше стремится к радикальной переоценке ценностей. Общество и культура, убежден оп, поражены декадансом (упадком). Здесь он порой доходит до полного нигилизма.

Отвергаются: христианство, мораль и сострадание, гуманизм, демократия и наука. Что же провозглашается взамен? Бог умер, морали и истины не существует, все дозволено.

Такие убеждения, если они овладеют массовым сознанием, в лучшем случае приведут общество в состояние хаоса. В худшем — к гибели.

Однако и в этом нигилизме у Ницше есть рациональные зерна. Например, критика церковного христианства имела под собой реальные веские основания.

«Уже слово «христианство» есть недоразумение, — пишет философ, — в сущности, был только один христианин (Иисус Христос. — С. А.), и тот умер на кресте».

Ницше справедливо указывает на лицемерие так называемых христиан, организовывавших крестовые походы, возжигавших костры инквизиции и продававших «спасение души» (индульгенции) за деньги.

Судьба жестоко посмеялась над философом, культивировавшим силу и волю к власти. В конце жизни Ницше заболел неизлечимой психической болезнью. Он стал слабым, никчемным и обременительным для общества.

Как будто судьба ему бросала вызов его же словами: «Падающего — толкни?» «Больной — паразит общества?» «Сострадание —- вреднее всякого порока?» Людям не известно, что он ответил на вызов судьбы…

Рекомендуемые страницы:

Воспользуйтесь поиском по сайту:

Источник: https://megalektsii.ru/s390t9.html

Биоэтика. Типы этических учений и формы биоэтики

Больной это паразит общества

Биоэтика – это современная форма традиционной профессиональной биомедицинской этики, в которой регулирование человеческих отношений подчиняется сверхзадаче сохранения жизни человеческого рода, а, следовательно, она также включает в себя заботу о здоровье как о необходимом условии для нормальной жизнедеятельности.

Причем, согласно З.Фрейду, все завоевания культуры и, прежде всего, морально-этические нормы произошли из необходимости защитить себя от “подавляющей сверхмощи природы”, т.е.

в начале “этическое ” явилось своеобразной формой защиты от разрушительных начал “природно-биологического”, а сегодня оно уже вынуждено стать и становится формой защиты “природно-биологического” от чрезмерных притязаний культуры к своим естественно-природным основаниям.

Культура представлена рядом разнообразных теорий относительно природы моральных обязательств и нравственных ценностей. Все эти теории можно разделить на два типа. Первый тип этических теорий связывает решение морально-этических проблем с Божественным Откровением.

Для второго типа характерно отрицание этой связи и стремление обойтись принципом целесообразности и пользы. Логическое противостояние двух типов этических теорий принимало в истории культуры разные формы, да и сами теории назывались по-разному.

Первый тип этических теорий получал названия “идеалистической”, “религиозной”, “деонтологической” этики. Второй связывался с этикой “натуралистической”, “прагматической”.

Разберем вкратце оба типа этих теорий.

Натуралистическо-прагматический тип этических теорий представлен в истории культуры даосской традицией на Востоке, киническим гедонизмом в античности, идеологами “естественности” человеческой природы, права, морали в Новое время, прагматизмом, утилитаризмом, социобиологизмом в современной культуре.

Позитивное содержание любой из перечисленных концепций в рамках данного типа располагается между двумя позициями. Исходной, как правило, является признание “первичности” реальности природных потребностей или нужд, социальных интересов человека, которые являются основой для череды сменяющих друг друга ценностей и идеалов.

Конечной позицией при данной исходной, как правило, становится нигилизм, т.е. отрицание ценности идеального измерения человеческих отношений.

Понятия “милосердия”, “любви”, “заботы”, “сострадания” лишаются самодостаточности и рассматриваются как более или менее удачно используемые средства для достижения целей и удовлетворения интересов.

“Польза” и “благо” становятся критериями моральности поведения и поступка, при этом “благо” трактуется как польза для максимально большого количества людей. Очевидно, что польза бывает разная. В перечне возможных “польз”, опять же в рамках данного типа этических учений, ведущее место занимает польза экономическая.

Несложные экономические расчеты приводят к выводу, что “больной – паразит общества”. Именно это суждение становится исходным и определяющим в той новой “морали для врачей”, которую предлагает Ф. Ницше. В его философии логика натуралистическо-прагматической этики представлена наиболее последовательно и непротиворечиво.

В 36-м фрагменте “Сумерек кумиров” Ф.Ницше пишет: “Мораль для врачей. Больной – паразит общества. В известном состоянии неприлично продолжать жить. Прозябание в трусливой зависимости от врачей и искусственных мер, после того как потерян смысл жизни, право на жизнь, должно бы вызывать глубокое презрение общества.

Врачам же следовало бы быть посредниками в этом презрении, – не рецепты, а каждый день новая доза отвращения к своему пациенту…

Создать новую ответственность, ответственность врача, для всех случаев, где высший интерес к жизни, восходящей жизни, требует беспощадного подавления и устранения вырождающейся жизни – например, для права на зачатие, для права быть рожденным, для права жить…

Не в наших руках воспрепятствовать нашему рождению: но эту ошибку – ибо порою это ошибка – мы можем исправить. Если уничтожать себя, то делаешь достойное величайшего уважения дело: этим почти заслуживаешь жить… Общество, что я говорю, сама жизнь имеет от этого большую выгоду, чем от какой-нибудь “жизни” в отречении, бледной немочи и другой добродетели…”

Основные установки натуралистическо-прагматической этики в полной мере являются принципами обоснования морально-этической “правомерности” эвтаназии, экономической и демографической целесообразности “прогностического” контроля медицинской генетики за “здоровьем населения”, правомерности уничтожения жизни на эмбриональном уровне и т.п.

Натуралистическо-прагматическую этику и либеральную идеологию объединяет общее исходное основание, коим является доминирование естественных прав и прирожденных потребностей человека.

При этом важным является то, что сами природные потребности, возведенные в ранг высших ценностей, становятся основанием выхода из режима самой природной естественности.

Именно это и происходит в либеральной биоэтике, отстаивающей право рожать детей, даже когда это право не дает природа, умереть “легко” вопреки природным процессам, изменить свой пол вопреки природе, уничтожить жизнь, когда она даруется природой.

Установление связи либеральной биоэтики и натуралистическо-прагматического сознания принципиально. Натуралистическо-прагматическое сознание неслучайно получило обоснование в философии Ф.Ницше и характеристику – имморализм (лат. im (не) + moralis (нравственный)), свидетельствуя прежде всего о своем противостоянии традиционному морально-этическому сознанию.

Традиционное морально-этическое сознание представляет тип этических учений, к которому относятся: религиозно-этическая доктрина иудаизма, конфуцианство на Востоке, этические воззрения Гераклита, Сократа, Платона вся христианская традиция, этические учения неотомистов, протестантская этика и, наконец, русская религиозная философия. Все перечисленные концепции совершенно оригинальны, индивидуальны, внутренне целостны, более того, друг с другом трудно совместимы. В рамках этих концепций человек понимается как существо, обладающее способностями. Причем эти способности даны ему не только для того, чтобы управлять потребностями, но и для того, чтобы становится лучше, т.е. нравственно совершенствоваться соответственно с нравственными ценностями и законами, которые являются не только законами человеческих отношений, но и законами бытия, т.е. законами по которым создан и существует мир. Данный тип этических учений может быть назван идеалистическим, или деонтологическим, или религиозным.

Классическим примером идеалистической этики является конфуцианство. В нем этика “метафизична” и предельно авторитарна. ”Ли” — ритуал, совокупность осознанно необходимых и социально санкционированных правил поведения. “Нельзя смотреть на то, что противоречит ли, нельзя слушать то, что противоречит ли, нельзя говорить то, что противоречит ли” — требовал Конфуций.

Особое место среди учений религиозного типа занимает христианская этика. Для европейской культуры вообще и для российской в частности христианское нравственное вероучение имеет определяющее значение.

Тысячелетиями в европейской культуре существовала тесная и прочная связь религии, этики и медицины. На протяжении двадцати веков медицина и все, что происходит с болеющим и страждущим человеком всегда было в центре внимания христианской этики. Предание и история свидетельствуют, что медицина была неотъемлемой частью христианской и, в частности, православной культуры.

В христианской этике мораль открыта каждому человеку в Божественном Откровении и в “нравственном законе внутри нас”. Для Канта, например, этим внутренним законом, т.е. высшей нравственной ценностью, является долг, подчинение которому и составляет собственно моральный поступок.

Благодаря Канту слово деонтология (“деон” — долг, “логос” — закон, учение) становится синонимом нравственной философии. Эгоистическое своеволие несовместимо с требованиями христианской этики. В равной степени оно несовместимо и с профессиональной этикой врача.

Мы помним, что по Гиппократу профессионализм врача заключается в его умении подчинять свои интересы – интересам пациента.

Европейская современная консервативная биоэтика представлена “христианской биоэтикой” католицизма и протестантизма.

Таким образом, можно подвести итог: биоэтика – это форма этики, целью которой является сохранение человеческого рода. Существует два типа этических учений: натуралистическо-прагматический и традиционный морально-этический.

Первый тип связывает сущность человека с его естественными, преимущественно биофизиологическими потребностями, удовлетворение которых определяет его моральные принципы.

Второй тип рассматривает человека как существо, наделенное определенными способностями, с помощью которых он может управлять потребностями и становиться лучше, т.е. нравственно самосовершенствоваться.

Источник: https://studwood.ru/572313/filosofiya/bioetika_tipy_eticheskih_ucheniy_formy_bioetiki

ЭффектЛечения
Добавить комментарий